Далар

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Далар » "Шамрок Касл", представительство королевства Тара » "Однажды мертвые восстанут"


"Однажды мертвые восстанут"

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

http://s5.uploads.ru/VsiS6.jpg

Время: очень раннее утро 4 дня венца цветов
Место действия: спальня конунга Олафа
Участники: Бьорн Бирген, Олаф Бирген, Эсме Маккена.
Эпизод закрыт для появления других персонажей.

+2

2

Принцесса затруднялась определить, сколько прошло времени с тех пор, как лорд Бирген открыл перед ней дверь в тайный ход. Час? Два? Может быть, неделя, а то и год, как в волшебном холме ши? Вряд ли сражение с подземными тварями длилось больше четверти часа, но сейчас, когда опасность вместе с отвратительными тушами была уже далеко позади, каждое мгновение схватки Рыжего с собакосьминогами казалось мучительно долгим, ибо могло нести в себе погибель. Наверное, так отсчитывал бы удары сердца осужденный на смерть, уже склонив голову на плаху и слушая, как свистит в воздухе топор палача.

Девушка могла себе вообразить, насколько больно для Бьорна даже просто держать ее за руку, когда ладони его превратились в одну большую ссадину жутковатого сине-багрового оттенка. Стараясь хоть как-то облегчить его страдания, Эсме завела негромкую беседу о всякой всячине: приходилось ли Бьорну врачевать раны с помощью магов? Видел ли он таких же тварей на Хребте? А правда ли, что высоко в горах есть расселина, из которой, словно из утробы матери чудовищ, они выползают уже сразу зрелыми и зубастыми?...

- Почти догорел, - почему-то шепотом проговорила она, движением головы указывая на факел. - Ты можешь сказать, далеко еще до выхода?

Если принцесса позволила себе спросить об этом вслух, то лишь потому, что в полной темноте любые опознавательные знаки становились бессмысленными. В том, что  ее спутник знает дорогу, она не усомнилась ни на мгновение - и он не давал ей к тому оснований, шагая вперед уверенно и ровно. Плечи уже ломило от необходимости держать огонь повыше, но сетовать на это тарийке не приходилось, каждому свое: Бьорн берег их жизни, она должна была беречь их единственный источник света.

Сама девушка по пути не заметила ничего, что могло бы указывать направление, то ли из-за сумрака, то ли от того, что не знала, где высматривать нужные метки. Окажись она в этих коридорах одна, ни за что бы не смогла вернуться обратно, к выходу в тронный зал, хотя коридор не изобиловал неожиданными поворотами и перепадами высоты.

- Помнишь, утром я искала дорогу по гобеленам? - невольно улыбнулась Эсме, будто припоминая забавный, но стершийся, утративший былую яркость сон.

+2

3

Биргену нравилось это подземелье. Он помнил его едва ли не лучше, чем хитросплетение коридоров дворца, и довольно часто пользовался этими переходами. Лучший путь, чтобы незаметно попасть из дворца в трущобы, отвязаться от вероятной слежки, да и просто спокойно добраться из одного места в другое.
Этот лабиринт был живым. Рыжий был готов поклясться, что некоторые переходы изменялись, изгибались и меняли своё положение в пространстве: титаническое существо, в потрохах которого подобно паразитам обитали странные существа вроде той многоногой твари, ворочалось во сне. Одни ходы обрушивались, взамен них вода вымывала в карстовой породе новые;
это, конечно, почти не касалось рукотворных ходов, проложенных невесть кем в незапамятные времена.
Вот, например, этот поворот раньше точно был значительно положе, а этого ответвления не было. И вот этой норы, из которой тянуло непонятным пряным запахом, похожим на запах змеиной чешуи. А вот тот поворот, превратившийся сейчас в тупик, был началом длинной сети естественных пещер, в конце концов выводивших далеко за территорию города.
Если честно, разговор отвлекал. Причём именно в плохом смысле этого слова; он мешал слушать, что происходит в мире, Бьорн предпочёл бы двигаться молча и бесшумно.  По-хорошему, следовало бы помолчать, но... не хотелось. Даже вполголоса звонкий голос спутницы создавал ирреальное ощущение уюта. Как будто не бредут они на большой глубине под землёй, а сидят в уютной комнате у камина. Это было неправильно - катакомбы уже доказали свою опасность,  - но приятно.
Здесь, под землёй, они  были оторваны от внешнего мира. Отделённые от него многометровой толщей земли и камней, существовали в нём - и рядом с ним одновременно. Два осколка старинной сказки; нестрашной, но красивой и немного грустной.  Кажется, целую вечность они тихо скользили сквозь мрак коридора, вполголоса разговаривая о всякой ерунде, как необременённые земными заботами духи.
Но путь неуклонно подходил к концу. Да и, честно говоря, шли они не так уж долго - вместе с дракой, не больше часа. Но человеческий разум так падок до иллюзий - их не обязательно навязывать со стороны, он охотно находит их сам.
А, впрочем, так ли это в самом деле? Или время действительно имеет свойство течь в разных ситуациях для разных людей по-разному?
- Почти догорел - тихо проговорила Эсме, кивнув на факел. - Ты можешь сказать, далеко еще до выхода?
- Мы уже под Шамроком, - отозвался Бьорн, замешкавшись на развилке на пару секунд. - Осталось выбрать выход. Не помню, который из двух заложен; ну да ладно, они всё равно рядом, - пожал плечами  мужчина. - Ага, всё-таки, сюда, - прокомментировал он, когда коридор ощутимо пошёл на подъём, а не уткнулся в старую кладку.
- Помнишь, утром я искала дорогу по гобеленам?
И безутешно рыдала, забившись в укромный угол...
- Помню, - усмехнулся Рыжий.
Спросить или нет?
- Не самый плохой способ. Их, по крайней мере, при всей скудости сюжетных вариантов, сложно спутать между собой.
Пожалуй, не стоит.
Зачем лишний раз напоминать о неприятном. Тем более, Бьорн был почти уверен, что девушка не ответит.
Он и сам себе не мог объяснить, почему причина слёз девушки для него так важна. Это сложно было объяснить с точки зрения логики - женские слёзы зачастую пусты и не обоснованы. С позиции эмоций также было глухо; да, юная леди Маккена была симпатична Бьорну, и ей хотелось помочь. Но Рыжий не любил навязывать свою помощь тогда, когда ему ясно дали понять, что в ней не нуждаются. Здесь была гремучая смесь из неясного предчувствия, духа противоречия, чисто хеского упрямства и эфемерных, ни во что конкретное не оформленных подозрений.
Узкий недлинный коридор уткнулся в подножие старой лестницы с потёртыми временем ступенями. Здесь уже можно было не опасаться никаких нападений, и Бьорн спокойно пропустил леди вперёд. Не из соображений вежливости, а исключительно из практичности: во-первых, если девушка оступится (что вполне вероятно на этих местами крошащихся под ногами камнях), он сумеет её поймать. А, во-вторых, если таковое произойдёт с самим Рыжим, он не заденет свою спутницу; при их разнице в телосложении и весе такое столкновение неизбежно повлечёт за собой печальный итог, причём печальный как раз для кёнигин.
- Вот мы и пришли, - тихо проговорил Бьорн, когда лестница вывела на крошечную площадку - такую, что на ней едва умещались два человека. Бирген принялся внимательно изучать стену, вспоминая, что и где нужно нажать, чтобы открыть выход. - Насколько я знаю, ход ведёт в одну из гостевых спален. Надеюсь, нам повезёт, и в ней сейчас никого не будет. Но на всякий случай, - он приложил палец к губам и, забрав у Эсме чадящий и уже едва тлеющий факел, подошвой сапога затушил его в покрывавшем пол песке, насыпавшемся со стен. Уже в полной темноте мужчина неторопливо нашёл два выпирающих камня, которые надо было нажать.
Предупреждение о сохранении тишины было явно лишним. Механизм основательно заржавел, и, помимо того, что пришлось приложить основательное усилие, навалившись на дверь всем телом, она ещё и открылась с настолько душераздирающим скрежетом, что, находись в комнате даже покойник, он непременно бы очнулся выяснить, что происходит.

+3

4

Отчего-то именно в эту ночь совершенно не спалось. И не потому, что воскресающим мертвецам в принципе сны должны сниться кошмарные. Олаф, не привыкший ждать и совершенно не привыкший к бессилию, не мог себе простить этого вынужденного покоя, а ведь в это время происходящее может зайти так далеко, что после сложно будет разобрать. Он метался по постели, пытаясь заставить себя уснуть, но получалось плохо и только под утро сон сломил этого человека, погрузив, пусть и на пару минут, в приятную тишину и темноту, без тревог, домыслов и врагов.
Звук, разлетевшийся по спальне набатом, на самом деле мог поднять и мертвого, и если бы не опасность, которой просто веяло от этого скрежете, Олаф мог бы посмеяться над совпадением. Сейчас же было категорически не до смеха. Именно такой звук издает потайная дверь если ею долго не пользоваться и об этом старый конунг знал не понаслышке. В Эрхольме, из его спальни, вела именно такая дверь и именно так, продирая по коже морозом, скрипели механизмы после длительного стояния.
Мужчина подскочил с кровати, готовый отразить нападение любой твари голыми руками. Тем более выбора у него не было, меч и одежду Куин обещала принести сегодня утром, пока же кроме подручных средств ничего не было. Ярость на конунга накатила ослепительной волной, даже не читая древние руны мужчина ощущал в себе сейчас нарастающую силу берсерка - почувствовав себя девицей и не то сотворишь, а в темноте спальне, в одной нательной рубахе и без родного друрушника кто ты? правильно, обычная девка, которую застал врасплох расторопный любовник.
Определив откуда именно исходит скрежет, Олаф не стал дожидаться пока откроется проход. Света, лившегося из окна, было достаточно чтобы видеть смутные, серые очертания и ему удалось ухватить дверь за край, и дернуть на себя. Нападение в данной ситуации показалось более разумным чем ожидание и конунг бросился в темноту, норовя схватить тварь за голову, а лучше сразу за пасть. Обычно с порванной пастью не живет никто и как-то сразу отпадает желание нападать и жрать.

+3

5

Подобного хес не ожидал. Нет, он предполагал, что в комнате кто-то может сейчас жить, но чтобы этот кто-то подкарауливал у выхода с целью наброситься и свернуть шею - без слов, без вопросов... Было похоже на засаду, но об этом даже думать не хотелось, потому как было предположением из области бреда. Кому может понадобиться организовывать засаду у тайного хода, которым никогда не пользуются? Рыжий вместе со своей спутницей вряд ли могли служить объектами охоты - нынче всей столице, мягко говоря, не до того, - то есть, оставался шанс, что ждали кого-то другого. И здесь гадать было бесполезно, потому как предположений можно было привести множество, но вряд ли какое-то из них было близко к правде.
А уж тот факт, что нападающий был без оружия и без кольчуги, и вовсе ставил в тупик.
Правда, толком подумать всё равно не получалось: слишком уж опытным и сильным бойцом он оказался. Мелькнула и пропала мысль отойти назад в проём тайного хода, но тут же пропала: во-первых, смысла в этом особого не было, а, во-вторых, там стояла леди Маккена. Об этом факте Рыжий вспомнил инстинктивно, пытаясь хоть немного увести в сторону инерцию броска нападающего. Девушку удалось не задеть, зато от удара об стену жалобно застонали свежеотбитые рёбра.
Остро пожалев, что сунул топор сзади за пояс, чтобы не мешал сдвигать дверь, Рыжий, грязно выругавшись себе под нос по-хесски, включился в борьбу. Наверное, стоило бы подать голос и извиниться за вторжение, попытаться донести до противника мысль о том, что они здесь случайно... Наверное, Бирген и попытался бы всё это сделать; только времени ему на это не дали.

+2

6

Мгновение полной, совершенной тишины, в которой было слышно только биение собственного сердца Эсме, сменилось душераздирающим скрипом петель, и снова все показалось до странного знакомым, точь-в-точь, как в королевской опочивальне Эрхольма, только теперь девушка оказалась по другую сторону двери.

Человек в спальне будто ждал, когда  гнусь из подземелий пожелает совершить ночную прогулку по спящему Шамрок-Каслу. Он шагнул навстречу неведомой опасности уверенно и бесстрашно, не хотелось даже воображать, какая участь могла бы постигнуть злополучную принцессу, если бы не присутствие лорда Биргена.   

Толком рассмотреть что-либо через дверной проем и в утреннем сумраке девушке не удавалось, она невольно поднялась на цыпочки, вытянула шею,  но увидела только, как две густые тени столкнулись грудь в грудь, как боевые корабли.  Звон металла послышался Эсме неестественно громким, заглушающим ее собственный отчаянный вскрик:

- Бьорн! Осторожно!

Она и сама не знала, от чего пытается предостеречь Рыжего: нападавший вроде бы был без оружия, и такой умелый боец, как хес, имел явное преимущество в рукопашной при кольчуге и с топориком. И все же, пролив кровь на пороге дома, нечего рассчитывать на горячее гостеприимство, даже если речь идет о самообороне или досадной случайности. Принцесса верила в способность лорда Биргена прорубиться к выходу из Шамрока даже через строй тяжелой пехоты, но ведь все, чего они хотели - это выбраться на улицы Далара.

- Мы пришли с миром! Остановитесь, сударь!

Надежда, что вошедший в раж тариец может ее услышать и в самом деле присмиреть, была совершенно призрачной, но попробовать стоило. В конце концов, ни захватчики, ни наемные убийцы не таскают за собой женщин, способных вмешаться в поединок.

+2

7

Тварь ругалась и ругалась на хорошо знакомом, хеском наречии. Именно такие слова можно услышать на Северном хребте, или в подземелье, или в уличной драке. И именно с такими словами хесы лезут в самое пекло. Олаф их расслышал, понял, принял и осознал. Странно было услышать родную речь в чужом замке и это вызывало не меньше подозрений, чем тайная дверь. Пусть не тварь, но кто? Конунг приноровился и саданул незнакомцу под ребра пудовым кулаком, рассчитывая выбить из него дыхание и заставить ослабить хватку. Кулак ударил в кольчугу, костяшки немедля оказались содранными, но это же такая мелочь! А потом заверещала какая-то девка, откуда тут ещё и бабы!? Уж лучше твари!
- А ну всем стоять!
Рев Олафа мог сравниться с ревом разбуженного зимой медведя.
- Вышли оба на свет, быстро!
Отчего-то даже в таком виде конунгу хотелось подчиняться. Да, он не был сейчас при параде и даже более того, он была весьма в непрезентабельном виде, но тон, которым он отдавал приказы и обманчиво ласковые обертоны в грубом голосе пробирали по спине ледяным холодом смертельно опасного предчувствия.
- В противном случае я не гарантирую вам жизнь!
Он говорил, но не выпускал из рук противника. Странно рыжего даже в сумерках. И имя, которое выкрикнула девка... Бьорн? Не может быть. Да и мало ли Бьорнов в Даларе? По идее не так много конечно, но и не так мало чтобы здесь и сейчас оказался именно тот самый Бьорн, о котором Олаф думал.
- Быстро! Без лишних движений!
Северянин очень нехотя разжал руки, отпуская пока неведомого противника и отшагнул обратно в спальню. У него все равно есть преимущество, пусть и небольшое - узкий вход из тайного коридора явно был не рассчитан на маневры, а вот комната вполне и даже без оружия и кольчуги Олаф мог рассчитывать на победу.

+2

8

По многострадальным рёбрам опять душевно прошлись кулаком. Нет, противники уже успели обменяться сдержанными ударами, но здесь удар пришёлся аккурат по больному месту, так, что на мгновение потемнело в глазах и выбило дыхание. К этому факту Бьорн отнёсся философски, смирившись, что сегодня сильнее всего страдают именно они (в конце концов, парные органы вообще непозволительная роскошь, и уж парой-тройкой рёбер можно пожертвовать без особой жалости). Не голова же, и то радость. Зато вот противник кулак о кольчугу отбил здорово, и от самого Рыжего получил неплохо. Вообще, незнакомец оказался отличным противником; жалко, что было темно, и особо развернуться негде - получился бы замечательный бой, душевный, а не пыхтение и толкание в тесном коридоре, где ни места для манёвра, ни простора для хорошего размаха. Однако, даже в таких стеснённых условиях Бьорн не мог не почувствовать - уж очень похожий был у противника стиль боя. Похожий на типично хеский, и непохожий - на тарийский. В Шамроке гостит какой-то хес? - предположил он.
Испуганно вскрикнула Эсме, и у мужчины появилось огромное и совершенно неуместное желание уточнить, в чём именно ему следует быть осторожным. Но следующая фраза девушки была не лишена смысла. Наверное, именно с неё надо было начать, а не с мордобоя...
Видимо, до противника тоже дошло что-то подобное.
- А ну всем стоять! Вышли оба на свет, быстро! - прорычал незнакомец. Дальше следовали какие-то угрозы, которые Рыжий просто пропустил мимо ушей - в конце концов, что только ни скажешь, если к тебе в спальню кто-то среди ночи завалится. А вот первое предложение показалось ему весьма здравым.
А ещё голос показался Бьорну знакомым. Ну, или похожим на что-то знакомое; характерный хеский акцент снимал все вопросы. Это от шази такого рыка не дождёшься, а вот в Хестуре...
- С удовольствием, сударь. Особенно если вы его здесь найдёте, этот свет, - иронично хмыкнул Рыжий, одновременно с противником ослабляя хватку и позволяя тому спиной вперёд скользнуть в комнату. Возникла мысль прямо сейчас выхватить топор и достать незнакомца - вряд ли у него были бы шансы, - но Бьорн, подумав, отказался от этой мысли. Убить гостя, только ступив на порог - не слишком хорошая идея. Тем более, что, кажется, он понял, что обознался. Поэтому хес шагнул вперёд, вступая в жидкий и вязкий рассветный сумрак. В комнате было, конечно, чуть светлее, чем в коридоре, но различить лицо возможности не было; удалось лишь подтвердить то, что Рыжий понял и без этого - перед ними был явно хеский воин - рослый, широкоплечий и явно весьма опытный. - У вас не найдётся огнива или лучины? Если бы я знал, насколько редко пользуются в Шамроке этой дверью, не стал бы гасить факел.

+2

9

Все знают: по ночным болотам бродят неблагие ши с крадеными душами в фонариках. В молочных туманах таятся призрачные гончие, готовые броситься по следу заплутавшего путешественника. Принцесса могла не верить в это, когда жила в Балликенне, но сейчас, познакомившись поближе с подземными тварями, она была готова принять за чистую монету все, над чем могла бы посмеяться в хорошей компании при свете дня.

Голос в спальне принадлежал Олафу Биргену, недавно упокоенному конунгу Хестура. Бьорн мог не узнать, это было простительно, учитывая, что братья виделись редко и вряд ли подолгу, но Эсме ошибиться не могла. И само звучание, и эти повелительные интонации, и северное произношение... Довольно было и нескольких отрывистых фраз, чтобы девушку бросило в холодный пот. Тарийка порывисто ухватилась за руку Бьорна, умом понимая, что надо бы по-прежнему держаться на полшага позади, чтобы не лишать Рыжего свободы маневра, но желание убедиться в том, что хоть один из присутствующих - не морок, было сильнее.

Она своими глазами видела, как пылала плывущая по Лару ладья. Касалась при прощании окоченевших пальцев конунга, стараясь облобызать не десницу дорогого покойника, а самую сердцевину драгоценного перстня. Можно сказать, Олаф в каком-то смысле умер у нее на руках, и даже если бы злые силы вздумали шутить с Эсме, сотни хесов видели и ощущали то же, что она. Не эту ли встречу предвещало сегодняшнее северное сияние, заглядывавшее в окна дворца, будто в поисках своего ледяного короля?

- Ты человек или дух? - хрипло прошептала она, продолжая цепляться за руку Бьорна. Сказать по правде, ни тот, ни другой утвердительный ответ ее бы не обрадовал.  Эсме уже успела отвыкнуть от цепей, сковывающих ее по рукам и ногам, а сейчас снова ощутила пудовые кандалы, неумолимо гнущие к земле.

+2

10

Света явно было недостаточно. Тот туманный, призрачный рассвет, который сейчас весьма робко и нехотя заглядывал в спальню северного конунга был категорически против того, чтобы люди смогли друг друга узнать. Он размазывал лица серым, стирал и делал мутными черты, и даже голоса казались не такими, какими они были в действительности. К тому же предрассветная тишина, самая пронзительная и чистая, мешала сейчас сосредоточиться. Олаф не слышал ничего, кроме гулких ударов своего сердца, дыхания противника и женского голоса, в котором мужчина отчетливо уловил панический ужас. Странно, ведь это ему следовало бы бояться, ведь незваные гости пожаловали в его обиталище, а не он вломился в спальню супружеской четы в интересный момент их семейной жизни. Тогда чего боится девка? И отчего голос кажется знакомым?
- Я зажгу факел.
Лучше было предупредить о своих действиях ведь незнакомец успел зарекомендовать себя за неполные пару минут отличным воином, а реакция у мужика была ничуть не хуже конунговой. Так чирканешь огнивом, а он тебе голову свернет и не задумается. Сокрушаться то потом будет и то недолго.
- Стой там где стоишь и девку уйми, голосит так, что весь замок разбудит.
Раздражение снова всколыхнулось ядом в крови. Олаф резко развернулся и фактически на ощупь отправился в противоположный угол спальни, за факелом. Снял со стены и сунул сухую тряпицу в тлеющий камин. Огонь, спавший искрами в углях, радостно набросился на долгожданную добычу и в спальне явно стало значительно светлее. И уютнее. Конунг вернулся к своим нежданным гостям и не мало ни смущаясь сунул факел практически в лицо чужака. И замер. Через весело шалящий огонь на него смотрел его родной брат. Перемазанный чем-то омерзительным, грязный, повзрослевший ещё больше, но живой, невредимый и родной. Не верить собственным глазам было глупо, но пару секунд Олаф не верил. Повел факелом чуть в сторону и за спиной Бьорна рассмотрел девицу - Эсме... Отчего-то она оказалась тут очень уместной - неприятности и приключения словно преследовали эту рыжую постоянно и сейчас, такая же грязная как и Рыжий, она смотрелась рядом с ним гармонично и очень к месту. Кто ещё будет шататься по подземельям в ночь бала Императора? Конечно тарийская принцесса.
- Неожиданно.
Олаф усмехнулся.
- Весьма.
Не смотря на всю силу своего характера сейчас, в эту минуту, мужчина был растерян. Конечно он хотел увидеть брата, но как-то неожиданно умер. И не случилось. И вероятно Бьорн был на похоронах, да и Эсме судя по всему тоже. И как они теперь его воспримут? В Рыжем Олаф не сомневался, тот поверит, может не безоговорочно, но все же. а вот что учудит девица оставалось пока загадкой.
- Рад видеть.
Напряжение в спальне внезапно стало одуряющим. Воздух словно сгустился, намок, отяжелел, а вокруг метались молнии. Невидимо конечно, но ощущения были неприятными.

+2

11

Внезапный ужас, охвативший леди Маккена, сложно было не заметить. Обхватившие ладонь Биргена пальцы были совершенно ледяными, а в голосе звучал такой глубинный, панический страх, какой бывает при встрече лишь с самым жутким ночным кошмаром. Реакция девушки всерьёз удивила Рыжего; казалось бы, впадать в панику стоило бы в подземельях, а никак не на выходе из них. И почему она приняла этого мужчину за духа? Сам Бирген, например, был абсолютно уверен в материальности противника, о чём свидетельствовали несколько новых синяков, наверняка проявившихся под кольчугой и в иных местах.
- Стой там где стоишь и девку уйми, голосит так, что весь замок разбудит, - прорычал незнакомый хес.
- Сударь, вы говорите о леди, потрудитесь быть более разборчивы в выражениях, - машинально откликнулся, недовольно поморщившись, Бьорн. Ладно, всё понятно, человек недоволен, что в его комнату среди ночи вломились. Но это не повод сразу хамить. В конце концов, перед ним и правда не служанка, а благородная девушка.
Тем временем обитатель комнаты воплотил в жизнь обещание и зажёг огонь. Огонь затанцевал на конце факела, незнакомец обернулся, освещая комнату. В лицо Рыжего дохнуло жаром, но тот этого просто не заметил, неотрывно глядя на держащего факел мужчину. Реакция Эсме вдруг сразу стала понятна и объяснима. Мужчина и сам почувствовал, как по спине продирает холодом.
Перед ним стоял стоял мертвец. Мертвец, которого совсем недавно он сам провожал в последний путь, чьё холодное тело помогал укладывать на погребальную ладью. И в то же время минуту назад Рыжий был готов поклясться, что боролся с абсолютно живым и нормальным человеком. Объяснение происходящему, особенно в свете последних событий в императорском дворце, было только одно.
Дьяболоново отродье, - пробормотал Бьорн, левой рукой сотворяя знак симболона и движением опытного телохранителя закрывая беззащитную девушку широкой спиной. В правой руке мужчины, в дополнение к знаку веры, в мгновение ока возник топор, которому не отличающийся религиозностью хес доверял куда больше.
- Рад видеть, - усмехнулся Олаф - или тот, кто занял сейчас его место, - благоразумно не двигаясь с места.
Повисла тишина. Пауза явно затягивалась, и никто не мог решиться её нарушить. Бьорн не мог заставить себя ударить первым - будь прокляты дьяболоновы чары, но перед ним стоял брат, брат, которого он не видел живым уже много лет. И демон, что странно, тоже не торопился ударить.
- Что всё это значит? - наконец, не выдержал Рыжий, напряжённо следя за малейшим движением противника.

+2

12

Радость от неожиданной встречи, наверное, испытывал только сам Олаф, угодивший из лап смерти прямехонько в объятия любящих родственников. Эсме же в эту минуту хотелось вопить, как баньши, топотать ногами и сыпать проклятиями на трех языках разом.

Старый конунг всех обвел вокруг пальца - начиная с членов семьи и заканчивая Императором с его многомудрыми советниками. Но вот зачему ему понадобилось разыгрывать рискованный спектакль? Чтобы посмотреть, кто горше о нем заплачет, и щедро наградить рыдальца, снова воссев на престоле Хестура? Это объяснение годилось для какого-нибудь сказочного царька, но никак не для такого матерого хищника, каким знали Олафа... при жизни. 

Принцесса Тары, конечно, была фигурой слишком незначительной, чтобы вся эта карусель завертелась в честь ее скромной персоны, но сейчас девушке казалось, что ее несостоявшийся свекор возвратился с того света нарочно, чтобы все, все испортить! В эту минуту она совершенно позабыла о своих терзаниях и сомнениях, будущее казалось таким безоблачным, что от жалости к себе хотелось заплакать. Теперь Эдит будет величаться в имперской короне, избавившись от своего муженька, Сигмар не станет конунгом, а сама Эсме вернется в кровать Олафа - да это все равно, что лечь с ним в могилу!

И тут же на смену недостойной слабости пришла обжигающая ярость, требующая немедленного выхода, жаром опалило изнутри, заставляя рвануться вперед из-за плеча Бьорна, гулко стукнуть кулаками в широкую грудь ожившего покойника:

- Ты умер! Сдох! Тебя нет, падаль! Мертвец!Ты умер, умер, умер! - с каждым словом голос ее делался все громче, а удары - все отчаяннее.

- Сгинь! Пропади пропадом! Не-на-ви-жу!! - тут Эсме уже сорвалась на откровенный визг, хлестнув открытой ладонью по небритой щеке и вяло удивляясь, почему все еще стоит на ногах, а не летит куда-то в стену, отброшенная мужской рукой, как назойливая собачонка.

+3

13

Ха! Так отродье или сударь?
Не смотря на казалось бы трагичный момент Олаф улыбался. Так нелепо выглядели гости, такие растерянные у них были лица, и Бьорн даже забыл выговаривать свои столичные словечки, от которых у старшего брата ухо резало так же, как и от женского визга, раздавшегося буквально в следующую секунду. Ну какой хес, воин, да и вообще мужик будет так выражаться!? Потрудитесь... Что там дальше? Конунг чертыхнулся весьма по северному и не стесняясь в выражениях, подхватил за шиворот вопящую принцессу и в секунду отволок ту к тазу с водой. И мокнул. Прямо в таз. Раз, другой. Подождал чтобы ор затих и макнул снова. Свободной рукой предупредил Бьорна не вмешиваться. Нет, правда, младший должен был понимать - они выбрались в чужом замке потайным ходом, в спальне гостя и если сейчас не унять визг тарийской принцессы им обоим будет туго - набежит стража, начнется потасовка... Нет, конечно северяне любят драки, но может стоит сегодня обойтись и не привлекать всеобщего внимания?
- Если ты подождешь минуту, я попробую все объяснить. Я живой, я Олаф Бирген и я твой брат.
Визг захлебнулся очередной порцией ледяной воды и северянин вытащил мокрую Эсме на середину спальни, в круг пляшущего красным отсвета факела.
- Я не призрак, не зомби, не тварь и не дьявол знает что ещё пришло в ваши головы!
Мужчина тряхнул посильней принцесску и выставил её наконец на ноги так, чтобы она вольно или невольно стала живым щитом между ним и Бьорном. В конце концов младший был при полном доспехе, а Олаф в рубахе. Почувствуйте, как говориться, разницу!
- Что вообще вы вместе делаете в застенках Шамрока!? Что там происходит!?
Раздражение весьма быстро сменялось ослепительной яростью. Олаф крайне не любил оказываться в положении заложника, а он им был вот уже более трех дней и градус накопленной злости сейчас опасно поднимался к предельно допустимому.
- Ещё раз пикнешь, будет больно. Ясно?
Олаф внимательно, пристально, вгляделся в лицо невестки, на всякий случай тряхнул её ещё раз и точно направил в сторону кровати. Лучше пусть сядет, поскулит в уголочке и не мешает разговаривать. Кивнул Бьорну, приглашая пройти чуть дальше от вдоха, из которого все ещё отвратительно воняло и дуло могильным холодом.
- Пошли, сядем. Времени нет, но обсудить кое что надо. И да. Я правда рад тебя видеть, Рыжий.
В глазах сурового мужчины промелькнуло что-то очень теплое и домашнее.

+3

14

Сцена, произошедшая между леди Маккена и конунгом, была настолько дикой и при этом пугающе обыденной, что у Рыжего даже мысли не возникло как-то повлиять на происходящее. Милая молодая леди бросается на мужчину с такой яростью, будто он её злейший враг; не так реагируют на воскресших родственников. Что же произошло между Олафом и тарийской леди, что она так его ненавидит?!
Олаф же отреагировал с явным спокойствием и некоторым раздражением, будто истерики такого рода для принцессы были нормальны, и конунг сталкивался с ними не впервые. И это почему-то лучше всего доказывало тот факт, что брат как раз таки совершенно живой - как бы это ни получилось и с какой целью ни было бы свершено.
Вопрос же, заданный Олафом, окончательно отрезвил Бьорна. Демон перед ним, или Дьяболон собственной персоной - только что они впустую потратили минут десять драгоценного времени.
- Происходит то, что рано или поздно должно было произойти, - пожал плечами Бирген, приторачивая топор обратно к ремню. Сегодня оружие уже сослужило ему важную службу, и расставаться с ним мужчина в ближайшем будущем мёртв. - Император час назад отдал душу Создателю на покаяние. Учитывая отсутствие явного наследника... Думаю, ты и сам прекрасно понимаешь, что там творится. Или начнётся в скором времени, когда весть выплеснется на улицы.
- Пошли, сядем. Времени нет, но обсудить кое-что надо. И да. Я правда рад тебя видеть, Рыжий.
- Я тоже рад, что ты всё-таки обманул всех, включая смерть, Олаф, - усмехнулся Бьорн. На мгновение замешкался, а потом всё-таки сделал то, что надо было сделать с самого начала - крепко обнял старшего брата. Странности взаимоотношений конунга с невесткой, конечно, вызывали огромный интерес, но недостаточный, чтобы выяснять этот вопрос прямо сейчас. - И с удовольствием услышал бы, как у тебя это получилось. И что, наконец, ты сам делаешь в Шамроке? Мы-то сюда прошли катакомбами из дворца, а выходов из них на территории Хаммерсхофа нет. Неужели здесь ещё и вход с того света есть? - хмыкнул Рыжий.
Отсутствие потайных ходов в Хаммерсхофе Бьорн считал разумной предосторожностью. Точнее, два таких хода всё-таки были, но один из них вёл далеко за пределы города, а второй можно было открыть только изнутри. Чтобы предотвратить визит неожиданных и незваных гостей. Так что Бирген потратил значительное количество своего времени и времени коменданта на то, чтобы найти все тайные переходы и как следует их замуровать.

+2

15

Холодная вода и впрямь привела Эсме в чувство – по меньшей мере, желание дышать вытесняло из головы любые другие, пусть даже самые навязчивые,  мысли. Живой ли, мертвый ли – Олаф остался верен себе и по обыкновению жестко пресек истерику раньше, чем она приобрела сокрушительный размах, заодно исключив принцессу из братской беседы, и то, что Бьорн не счел нужным вмешаться, было вполне предсказуемо и понятно.  Сейчас девушку напугало не явление воскресшего свекра, и даже не то, как привычно, едва не по-собачьи, она повиновалась ему,  но дикое, неправильное ощущение безопасности. Старый конунг будто воплощал постоянство самого окружающего мира, где все идет заведенным порядком, а если вздумает его нарушать, то не обрадуется.  Тварей следует уничтожать, рыжую девку  - не распускать, интересы  Хестура – холить и лелеять.

- Теперь Карим аль-Малина наследник и будет императором,
- обронила Эсме, ни к кому особенно не обращаясь.  Забавная штука – человеческая жизнь.  Пару месяцев назад Олаф наверняка рассчитывал стать регентом при внуке-императоре, который сейчас должен был зреть во чреве Эдит. Но вряд ли хеске повезло дважды подряд: если уж Карл сумел излить семя в нее, вовсе не значит, что оно еще может дать плоды. Значит, дорогой сестрице в скорейшем времени понадобится лучший образчик белокурого красавчика, чтобы соблюсти породу, и принцесса догадывалась, на кого падет ее выбор.  Теперь мужчины окончательно свихнутся, пытаясь забраться в постель к вдовой императрице, знатная получится собачья свадьба.

«А ведь на самом деле интересно, кто и куда утащил Эдит с бала?

Тарийка утерла лицо углом простыни, отжала намокшие волосы, всем своим видом показывая, что ей глубоко наплевать на любые секреты, которые могут нынче поведать друг другу северные братья.  Несколько раз за прошедший долгий день она сулилась переехать к Джеду – сейчас эта идея нравилась девушка все больше и больше, не говоря уже о мысли перебраться из дворца в Шамрок. Отличное место, чтобы прятаться, превосходное укрепление, чтобы защищаться, пусть и поскромнее Хаммерсхофа.  Вот только еще выжить отсюда Олафа – пусть отлеживается на собственной кровати.

+3

16

Олаф весьма по северному ответил на объятия младшего - стиснул того так, что треснули ребра и из глаз посыпались искры. Они не виделись черт знает сколько лет и обстоятельства, даже такие трагичные, не могут убавить радости от встречи. И плевать что Бьорн и вправду совсем недавно провожал его до лальи, и наверняка даже поджигал ту ладью. Ха! Это ещё интереснее! Как будто они вместе вот недавно решили прокатиться в Валгалу и обратно. Чем не развлекательное путешествие?
- С того света выходы есть везде...
Олаф наконец выпустил Бьорна, глянул на мокрую Эсме и сел на постель. Как бы он не хорохорился, сил пока было не так много как хотелось бы. На лбу выступили бисеринки пота, мужчина побледнел, а сердце за грудиной зашлось в диком танце. Не хорошо. Очень нехорошо. А тут ещё и принцесска голос подала...
- Карим наследник!?
Под ресницами потемнело и взгляд превратился в бурю.
- С чего ты взяла!? Император умер? Где Эдит!?
вопросов сейчас оказалось много с обеих сторон и почему-то очень мало времени на ответы. Как будто само провидение и мироздание было против Биргенов. Не бывать этому! Олаф шарахнул кулаком по столбу кровати. Тот жалобно скрипнул, качнулся и мужчина вовремя успел подхватиться - на постель обрушился балдахин.
- Дьяболон раздери этот Далар! Твари столичные!
Конунг метнулся в угол, оттуда обратно, замер.
- Эсме, родная, найди мне одежду, доспехи и мой меч. Немедленно.
За приторно ласковым тоном и голосом, стелющимся мягким бархатом, отчетливо слышались раскаты приближающийся лавины. Олаф больше не был мягким, податливым и теплым. Теперь вернулся другой, жестокий и суровый северный воин.

+2

17

Бьорн переждал вспышку ярости брата с достойной невозмутимостью. В конце концов, что он, взбешённых хесов не видел? Ну, сейчас лютовал целый конунг, да ещё восставший с того света. Но суть-то от этого не меняется. Комментировать эмоциональные восклицания и риторические вопросы не счёл нужным, вместо чего ответил на единственный вопрос, который мог хоть немного прояснить.
К сожалению, когда всё началось, я был далеко от Эдит. Насколько я видел, её увели шази. А где она сейчас - вариантов несколько. Либо в Ас-Сухейме, либо всё ещё во дворце. Это если шази решили поддержать Императрицу в надежде, что брачная ночь дала плоды. В противном случае скоро - вероятно, к полудню, - объявят о трагической гибели Её Величества, - рыжий усмехнулся иронично и нервно. Он стоял, устало прислонившись бедром к тяжёлому комоду и скрестив руки на груди.
- Дьяболон раздери этот Далар! Твари столичные! - выругался Олаф, мечась, как запертый в клетку медведь. Бьорн полностью разделял мнение брата, но ругаться и дёргаться не было ни сил, ни желания. Видимо, уже перегорел. Сейчас голова болела другим.
- Эсме, родная, найди мне одежду, доспехи и мой меч. Немедленно, - странным, мягким тоном, не сулящим в виду необычности ничего хорошего, попросил хес.
Боюсь, здесь никто не оценит, если леди вдруг начнёт среди ночи требовать коня и доспехи, - хмыкнул Рыжий. - К тому же, ей довольно долго придётся всё объяснять. Давай лучше я этим займусь. Тем более, Шамрок может оказать нам ещё пару услуг, - предложил Рыжий, с сожалением отклеиваясь от полюбившегося комода. - Я скоро, - кивнул он, выходя за дверь. Мелькнула мысль, что, наверное, не стоит оставлять столь напуганную леди в компании так напугавшего её брата, но... таскать её за собой по всему замку было, по меньшей мере, глупо и смешно. Да и не съест же он её за четверть часа!

Покинув комнату, Бьорн прямиком направился в караулку. В Шамроке он ни разу не бывал, но чутьё не подвело - караулку удалось найти быстро. Двое тарийцев, далёких от рыцарского облика, вяло резались в кости. В комнатушке кисло пахло потом и элем.
- Встать! - гаркнул Рыжий. Прекрасно понимая, что подобных типов надо брать неожиданностью, а не опознать его при наличии гербов на одежде (пусть и заляпанных) и характерной косы, мог только слепой, или, в крайнем случае, только тот, кто сегодня прибыл из самой Тары. Пара же с костями выглядела в каморке настолько органично, что казалась неотъемлемой частью интерьера. Почуяв в рыке привычку приказывать и уверенность в собственной правоте, оба "стража" поспешно вскочили. - Сколько рыцарей в замке сейчас?
Рыцарей?- переглянувшись, растерянно уточнил один. - Дык, пятеро, как обычно...
Поднять и собрать в главном зале, с оружием, доспехами и оруженосцами через четверть часа. Бегом! - рявкнул он, посторонившись и пропуская первого "стража" на улицу. - А мы с тобой пойдём к коменданту... - окинув скептическим взглядом второго тарийца, кивнул Бьорн.
На счастье, комендант имел привычку вставать очень рано. Поэтому перед гостем предстал одетым и в полностью осмысленном виде. Это был явно бывалый воин лет сорока, с умными глазами и шрамом через всё лицо.
- Чем могу быть полезен, лорд Бирген? - с иронией поинтересовался он, не выказывая и доли удивления. Как будто каждое утро на рассвете к нему стучится коннетабль в крайне непрезентабельном виде и желает странного.
Мне нужна твоя одежда, сапоги и мотоцикл Ж)
- Нужна одежда, доспех и оружие для Его Величества Олафа Сильного. Кроме того, я одолжу у вас троих рыцарей и, помимо того, человек пять смышлёных парней на хороших лошадях.
- Что случилось? - резко дёрнув здоровой щекой, мрачно спросил комендант.
- Около двух часов назад Его Величество Карл Магн Теодор почил в разгар маскарада, - не находя нужным скрывать то, что и так скоро станет общеизвестно, пожал плечами Бьорн.
- Кхм, - рассеянно кашлянул тариец. - И чего вы хотите в этой связи от меня и моих людей? Помочь захватить трон? - голос коменданта сочился сарказмом. Ну, по крайней мере, у него есть чувство юмора.
- Он тяжёлый и неудобный, обойдусь. Я бы предпочёл попробовать предотвратить... беспорядки на территории этого города, - усмехнулся Рыжий.
- Что ж, это меняет дело, - задумчиво кивнул комендант. - Пойдёмте, милорд.

Через полчаса Рыжий вернулся в комнату к Олафу в сопровождении молодого шустрого тарийца с хитрыми глазами, больше всего похожего на карманника. Оруженосец, гружёный доспехами, мечом и одеждой, прибыл туда четвертью часа раньше - комендант оказался весьма энергичным человеком.
- Какие у тебя дальше планы? - с порога обратился Бьорн к брату.

+2

18

Что-то слишком много событий за три дня посмертия. Олаф молча выслушал брата, хмуро следя за ним взглядом. Да, он прав. Прав, дьявол его подери! И с каких это пор младший стал таким прозорливым!? Но неуместную сейчас злобу на Бьорна, невесть откуда поднявшуюся в груди, конунг подавил одним усилием воли. Это просто нездоровье. Просто слабость. Надо как можно быстрее взять себя за шиворот, в руки, как угодно и начать думать холодно и разумно. От ярости здесь и сейчас не будет ничего хорошего.
- Я скоро.
Мужчина молча кивнул, соглашаясь. И когда за братом закрылась дверь, перевел тяжелый взгляд на Эсме.
- Как ты, моя хорошая?
Отчего-то в этом простом вопросе и спокойном, даже слишком, тоне отчетливо крылась дикая опасность.
- Плясала на моих похоронах? Радовалась? Не одну и не две чаши подняла за мою дорогу в Валагалу? Или может даже тебе дали стрелу пустить?
Конунг снова поднялся и навис над принцессой мощной, северной глыбой. Он не ждал ответа, откровенный, звериный ужас глубоко на дне изумрудных глаз говорил сам за себя. Девочка была счастлива избавиться от свекра, и теперь она была в панике от его удивительного воскрешения. Впрочем от ожившего покойника любой, куда более сильный, оказался бы в шоке, но что-то подсказывало Олафу, что страх Эсме не только и не столько кроется в этом. Он глубже, он словно сорняк - пророс через каждую клеточку её тела, и теперь он буквально душил девушку, не давая её ни дышать, ни жить. Мощная рука уперлась в стену возле головы девицы и мужчина пристально уставился в глаза принцессе.
- Успела порадоваться, теперь придется заново привыкать.
нехорошая, злобная усмешка коснулась губ северянина. Не будь он так слаб, он бы уже сейчас греб девку в охапку и присвоил её себе в очередной раз, но позориться не хотелось, поэтому Олаф обошелся ощутимым прикосновением костяшками пальцев к скуле принцессы. Погладил и отошел. А после уже и оруженосец подоспел с одеждой и доспехами, и Бьорн вернулся с вопросами.
Олаф уже оделся и теперь ничто, кроме бледности, не напоминало о том, что ещё недавно он был мертв. Как дурной сон.
- Какие у тебя дальше планы?
Мужчина пригладил бородку большим и указательным пальцем, потом приласкал рукоять меча.
- Есть у меня идея заглянуть к Зенице для начала. Не хочется быть сожженным на площади просто потому, что все станут принимать меня за труп. А потом я хочу вернуть то, что моё. А у тебя? Ты со мной?
Теперь серьезный, пристальный взгляд достался брату. И Олаф был настроен получить ответ немедля.

+2

19

Чем мягче и ласковей говорил Олаф, тем сокрушительней бывала вспышка гнева после. Кипа выцветшего бархата рухнула на постель, вздымая клубы пыли, и принцесса едва успела отскочить, чтобы не  оказаться погребенной под горой тряпья. Новости из мира живых явно встали поперек горла новопреставленному конунгу - а ведь он не знал еще всех подробностей! Одно удовольствие было бы наблюдать, как он беспомощно ярится, если бы это не представляло опасность для жизни. Горная лавина ведь тоже по-своему живописна.

Приказ немедля отправиться на поиски одежды и вооружения Эсме не восприняла всерьез. Кто-то же позаботился приволочь сюда тяжеленное тело Олафа, раздеть его до перстней на пальцах, обрядить в чужое исподнее (что скрывать, тарийка хорошо знала белье северного короля) и уложить в теплую постель? Вот пусть этот кто-то и доведет свое доброе дело до конца. Несмотря на все свое ехидство, принцесса не могла не думать о том, каким образом ее свекру удалось воскреснуть и почему именно в Шамроке? Ладью подожгли на совесть, значит, существовал некий сговор. Мысль о причастности Джеда казалась совершенно безумной. За каждым шагом молодого Маккены бдительно следили... или он просто хотел, чтобы сестра в это поверила? Сегодняшняя ночь принесла столько сюрпризов, что Эсме не удивилась бы, окажись Джед совершенно не тем, за кого она приняла его вначале. Девушке стоило изрядного усилия воли отогнать эту злую, скверную мысль, делающую ее еще слабее и беспомощнее. Но если не Джед, тогда... комендант Шамрок-Касла? Нет, слишком мелкая сошка для сговора с северным королем. Тут был человек, отдающий приказы. Карим? Эдит? Кому выгодно возвращение Олафа?

Эсме просто не успела уцепиться за рукав Бьорна и выскользнуть следом из спальни, ничего не объясняя. Но, что бы ни подумал младший из братьев Бирген о странных отношениях невестки и свекра, вслух он ничего не сказал и, похоже, считал их общество совершенно безопасным друг для друга.

"В конце концов, я знаю, чего от  него ожидать. Не в первый раз мы наедине в спальне".

Есть вещи, которые не меняются - и обращение конунга с Эсме было одной из них. В первое мгновение ей показалось, что Олаф сейчас ударит ее, но нет, только обозначил прикосновение, то ли угроза, то ли странная ласка, а скорее, и то, и другое разом.  Диаболон даровал ей краткую передышку, прежде чем снова лицом к лицу столкнуть с мучителем, и сейчас принцесса быстро вспоминала, каково это - противостоять ярости короля севера в одиночку. Странно было понимать, что человек, которого она так ненавидела, был единственным в Эрхольме, кого она не могла уличить во лжи. Олаф всегда был самим собой и никогда не лицемерил с ней.

- Вы бросили меня. Бросили безо всякой защиты, - тихо проговорила она, отворачиваясь, будто в самом деле имела какое-то право упрекать  конунга. Внезапно усталость минувшего дня навалилась на плечи мешком с камнями, и полное безразличие к собственной судьбе охватило Эсме, как в ту ночь, когда она была готова воткнуть себе в горло  его нож, а после плясала нагой для Олафа и его девки.

+2

20

Что и требовалось доказать. Как бы ни относились друг к другу брат и его невестка, оба были людьми здравомыслящими, и выяснять отношения прямо сейчас не стали. Это радовало сразу по нескольким причинам; во-первых, урегулировать конфликт сейчас не было ни желания, ни времени - голова коннетабля была занята совсем другим. Во-вторых, это означало, что, какими бы натянутыми отношения эти ни были, всё не столь уж плохо, если даже несдержанный Олаф, обращавшийся к невестке с пугающей лаской, сумел не наградить девушку королевской оплеухой. Ну, и, в-третьих, миролюбивого по натуре хеса такое положение вещей радовало чисто по-человечески.
- Есть у меня идея заглянуть к Зенице для начала. Не хочется быть сожженным на площади просто потому, что все станут принимать меня за труп. А потом я хочу вернуть то, что моё, - ответил Олаф на вопрос. Прозвучало весьма многообещающе, и в возможностях конунга реализовать свой план сомнений не возникало. Тут даже тому, кто не в теме, стало бы ясно - хес в своём праве, и пытаться с ним спорить попросту глупо. В словах конунга едва уловимо звякнула сталь, а ещё почему-то чудился хруст ломаемых шейных позвонков. Надеюсь, Сигмар никак не замешан в нападении на отца, - отметил про себя Бьорн.
- Хорошая идея. Надеюсь, Зеница уже закончил разбираться с тем, что происходило в тронном зале.
- А у тебя? Ты со мной? - уточнил Олаф. Рыжий качнул головой.
- Я бы с удовольствием, но у меня есть обязанности. Сейчас куда важнее предотвратить возможные беспорядки в городе и скоординировать действия гвардии и городской стражи. Так что, пожалуй, я займусь именно этим. Безотлагательно. Местный комендант оказался человеком достаточно разумным, и выделил нам людей. С тобой, если не возражаешь, поедут двое рыцарей на случай непредвиденных осложнений в пути. А леди Маккена я бы предложил остаться за стенами замка, - морально готовясь к протесту по всем пунктам, предложил Рыжий.

+2

21

Упреки Эсме так и остались без ответа. И не потому, что Олафу нечего было ответить, он просто не хотел и не считал нужным. Да, он обещал этой девочке защиту, но он не обещал становиться ей отцом, который будет вести за руку по жизни. Каждый должен нести ответственность за свою жизнь сам, даже если нет сил, даже если кажется, что всё против. Всегда и при любых обстоятельствах. И в невестке старый конунг был уверен - под хрупкой на первый взгляд внешностью таился стальной стержень, который сломать или согнуть было бы крайне сложно.  Тяжелая рука легла на худенькое плечо всего лишь на секунду, только отчего-то показалось, что от пальцев на коже остались следы. Как раскаленным железом приложили. А Олаф уже отвернулся к вошедшему Бьорну и слушал то, что говорил брат. А говорил он вроде бы верное и правильное, ведь младший Бирген, как ни крути, а был на службе у Императора и головой отвечал за безопасность именно здесь, в столице. На предложение о двух рыцарях Олаф хохотнул, но утвердительно кивнул головой. Дьяболон с ними, пусть едут. Будет от них толк или нет покажет только время, а лишние руки, глаза и уши пока никому не мешали. А вот на счет невестки конунг резко был против.
- Эсме пойдет со мной. И после Зеницы я отведу её в Хаммерсхоф. Она будущая кёнигин Хестура и делать ей здесь сейчас совершенно нечего. Не здесь её дом.
Он не спорил и не доказывал, Олаф в привычной, приказной манере озвучил то, что будет в ближайшем будущем. Спрашивать желание самой Эсме конунг в принципе не собирался. Женщина должна знать свое место и слушаться мужчину, и если его сын по каким-то причинам все ещё не муж этой рыжей девки, то она будет слушать его, своего свекра. Мысли о сыне заставили Олафа нехорошо прищуриться. Если верить слухам. он оказался в столице. Зачем? Ответ напрашивался сам собой и это явно не желание поскорее выполнить свой дол, став мужем принцессе Тары. А значит это Эдит и это нездоровое влечение...
- Идем.
Нужно было действовать, а не раздумывать. Олаф коротко кивнул Борну, мол скоро встретимся и сомнений в этом не было никаких .Обязательно встретятся, даже на руинах города. А потом просто взял Эсме за руку и вывел в коридор. И не ждал сопротивления, или претензий - конунг делал то, что должен был делать. И был в своем праве.

Эпизод завершен

+2


Вы здесь » Далар » "Шамрок Касл", представительство королевства Тара » "Однажды мертвые восстанут"